Автохтонные сорта Дона и Кавказа были получены, очевидно, из местных дикорастущих форм vitis vinifera, встречающихся и поныне в северокавказских предгорьях. Первыми селекционерами были, скорее всего, древнейшие народы Предкавказья — хазары, аланы, древние адыги… Поучавствовали и понтийские греки, их колонии на Черноморском побережье (Тамань, район Новороссийска, Сочи) активно занимались виноградарством. Много позже донские и терские казаки прививали на своих виноградниках черенки, привезенные из многочисленных набегов на побережье Каспия и Черного моря. К ним добавился еще целый ряд сортов, выведенных советскими селекционерами. Они представляют безусловный интерес, наряду с широко культивируемыми на российских почвах каберне совиньоном, шардоне, рислингом, совиньоном блан, ставшими почти родными грузинскими саперави и ркацители.

Статья из архива журнала за 2008г.

Красные сорта

Алый терский
Коренной сорт региона Кизляра, гребенских, сунженских станиц (нынешние Чечня, Дагестан, Ингушетия). Грозди средней величины, ширококонические, часто рыхлые. Ягоды темно-синие, обладают мягкой кожицей и сочной мякотью. Срок вызревания среднепоздний. Сорт среднеустойчив к болезням, устойчив к морозам. Изначально из алого терского делали знаменитое молодое вино чихирь, слабоградусное, алого цвета, с небогатым вкусом и ароматом. Гораздо успешнее сорт применяется для производства виноградных спиртов: именно из него изготовляют кизлярку и все остальные кизлярские бренди.

Асыл кара
Сорт также называют терский черный, прасковейский черный, прасковей. Распространен в Дагестане и Прикумском виноградарском районе Ставропольского края. Грозди средней величины, цилиндрические, средней плотности, очень насыщенного темно-синего цвета. Среднеспелый. Сорт неустойчив к некоторым заболеваниям (милдью). Идет на грубоватые сухие и десертные вина, спиртовые купажи для кизлярского и прасковейского бренди, крепленые вина кагорного и портвейнового типа.

Варюшкин
Старинный донской сорт, ныне возделывающийся в Дагестане. Грозди средней величины, конические, средней плотности. Ягоды черные, с толстой кожицей и сочной мякотью. Срок созревания среднепоздний. Это северный сорт повышенной зимостойкости, с интенсивной концентрацией сахара, малотребовательный к теплу, устойчивый к заболеванием. Используется, прежде всего, для десертных вин.

Красностоп золотовский
Старинный донской сорт. Возделывается на Дону и Кубани, в Анапе был даже выделен его особый клон с более крупной гроздью и повышенной продуктивностью — красностоп анапский. Грозди у золотовского небольшой величины, конические, рыхлые. Ягоды мелкие, темно-синие, с тонким сахаристым вкусом. Срок созревания среднепоздний. Сорт зимостоек, но неустойчив к ботритису. Дает очень интересные сухие вина с тонами красных фруктов, при более позднем сборе получаются и десертные вина. Красностоп — южный сорт, напоминающий французский танна или пти вердо. Как и в танна, в нем содержатся очень мощные танины, поэтому вина нужно долго выдерживать в барриках, после этого они становятся способными к очень долгой выдержке.

Левокумский устойчивый
Традиционный сорт прикумского винодельческого района Ставрополья. Гроздь среднего размера, коническая или цилиндроконическая, срок созревания среднеранний. Ягода черного цвета, круглая, с розовым соком. Как следует из названия, сорт зимостоек, хорошо переносит заболевания. Несмотря на то, что дает вина среднего качества, получает в настоящее время широкое распространение по всему Югу, хорош для ассамбляжей и перегонки.

Плечистик
Старинный донской сорт, известный также под названием горюн, из Цимлянского района. Грозди средние, цилиндрические, крылатые, образующие своеобразные «плечики» — отсюда и название, рыхлой и средней плотности. Ягоды темно-синие. Сорт не очень устойчив к засухе и морозам. Высаживается на Дону вместе с цимлянским черным, выступающим в качестве опылителя: из их ассамбляжа и готовится знаменитое цимлянское игристое вино.

Цимлянский черный
Донской сорт, известный также как хрупкая кисть, черный винный и т.д. Возделывается в Ростовской области. Грозди имеют среднюю величину, цилиндрически-конические, средней плотности. Ягоды с темно-синей кожицей и сочной тающей мякотью. Среднеспелый. Сухое вино из цимлянского черного обладает весьма богатым вкусом, темной окраской, зрелыми танинами: десертные вина более мягкие, полные, очень интересно и классическое для этого сорта воплощение — цимлянское игристое.

Белые сорта

Нарма
Дагестанский сорт. Грозди средние, конические, рыхлые или среднеплотные. Ягоды крупные, округлые, бледно-зеленого цвета. Неустойчив к заболеваниям. Среднеспелый. Вина получаются ординарными. Большая часть идет на виноградный сок.

Пухляковский
Сорт, возможно, донского происхождения, но он известен и в Венгрии как кечкечечу, а в Молдавии как корна алба. Распространен в Ростовской области на правобережье Дона, в Цимлянском, Мартыновском, Семикаракорском районах. Грозди средние и крупные, ягоды также крупные, зеленоватого цвета, с очень толстой упругой кожицей. Срок созревания поздний, неустойчив к заморозкам. Вина очень ароматны, обладают тонами чайной розы.

Сибирьковый
Старинный сорт Южного Дона, где известен также как ефремовский и сибирек. Грозди среднего размера, слабоконические, с большими крыльями, рыхлые. Ягоды среднего размера, овальной формы, желтеющие при полной зрелости, с тонкой кожицей. Период созревания ранне-средний. Зимостойкость низкая. Особенность сибирькового в том, что ягодам нельзя давать перезреть, иначе вино не получает гармоничных фруктовых и цветочных тонов, будет пресным и горьковатым.

Статья из архива журнала за 2008г.

Советское укрупнение

К концу 1930-х гг. в РСФСР были восстановлены дореволюционные площади виноградников. После Великой Отечественной они даже превысили прежние: в 1955 году речь шла о 54 тыс. га. Виноград возделывался в многочисленных колхозах и совхозах юга, затем его свозили в республиканские и краевые винные заводы на переработку. Естественно, ни о каком высоком качестве получаемых вин говорить не приходилось.

Какие-то перемены к лучшему начались в конце 1950-х в рамках хрущевских инноваций в сельском хозяйстве. Отныне советское виноградарство и виноделие представляло собой единый комплекс. В РСФСР существовало пять винодельческих производственно-совхозных объединений: Донвино, Кубаньвино, Ставропольвино, Чеченингушвино и Каббалкагровинпром. На федеральном уровне было создано Росглаввино Совета Министров РСФСР, впоследствии его переименовали в Государственный комитет РСФСР по виноградарству и виноделию. В 1956 году были созданы специализированные винодельческие совхозы. Впоследствии их число доходило до 200, и многие из них превратились в хозяйства полного цикла, построив собственные давильни, ферментационные погреба, линии розлива — весь комплекс, который в СССР звался винзаводом. Немного винограда выращивали и обычные колхозы и совхозы, но упор был сделан на специализацию: в винодельческие хозяйства шли специалисты, туда поставлялась виноградарская техника.

К 1975 году 90% вина производилось в этих специализированных хозяйствах, 65% из них были хозяйствами полного цикла. Остальные отправляли виноматериалы на крупные заводы на Урале, Дальнем Востоке и в Москве. Перевозку вина в цистерне нашли в пять раз дешевле, чем перевозку в бутылках, и очень много виноматериалов из союзных республик отправлялось именно в Россию подобно тому, как сегодня массово импортируются виноматериалы из третьих стран все для тех же винзаводов-гигантов. Качественными и «живыми» такие вина быть не могли, да и вообще лишь 10–12% «марочных» вин шло на выдержку. Остальные, «столовые», рекомендовались к употреблению сразу после бутилирования. Кроме того, 90% всех вин проходили пастеризацию («горячий розлив») для предотвращения порчи, и следовательно лишались потенциала развития.

…. и механизация производства

ГК РСФСР по виноградарству и виноделию целиком контролировал материально-техническую, научную и производственную базу. При этом 3% средств от реализации винодельческой продукции шло на развитие отрасли (плюс прямые инвестиции государства).
Виноградарская наука в Советском Союзе была сильна (если не вспоминать о периодическом торжестве странных идей и загубленных ученых, таких, как Николай Вавилов). Выводились новые сорта, шла работа над созданием устойчивых в заболеваниям и морозам гибридов… Но при этом превалировало вечное советское стремление получить как можно больше продукции неважно какого качества.
Появлялись и новые герои технологии виноделия, добивавшиеся приемлемого качества путем наименьших затрат. Одним из них был профессор Антон Фролов-Багреев, изобретший метод резервуарной шампанизации. Именно он придумал недорогое «советское шампанское» и даже получил за него Сталинскую премию. Технология вышла за пределы нашей страны, была запатентована OIV, и под лейблом «Sovetskoye Champanskoye» (чтобы не путать с подлинным Champagne) выпускается сегодня и в Европе, и в США, объединяя под этой маркой напитки, в которых пена важнее вкуса.
Одним из достижений советской школы стало и изобретение нового способа формирования куста: однорукавный вместо веерного. Благодаря ему лозы можно было укрывать на зиму земляным валом с помощью трактора и трактором же откапывать по весне, а урожай собирать комбайнами.
После доставки на завод вино портило еще и оборудование. Дело в том, что при ускоренном строительстве винзаводов в 1960-е гг., многие из них оснастили дешевыми железобетонными, а то и вовсе чугунными чанами. Это было вынужденной мерой при огромных объемах обрабатываемого винограда и лишь к 1980-м годам, когда отрасль начала разваливаться, окончательно приняли решение ввести чаны из нержавеющей стали, на покупку которых у хозяйств раньше не хватало средств.
В экономическом плане такая агропромышленная интеграция была весьма эффективна, виноградарство и виноделие считалось передовой отраслью во всем АПК, но не будем забывать, что она была жизнеспособной лишь в условиях плановой экономики, где один и тот же игрок рынка, государство, представлял и заказчика, и потребителя, и дистрибьютора.

О бедной науке замолвите слово

Значительную часть территории СССР занимала Средняя Азия с более чем 4000 солнечных часов в год, где невозможно производить ничего, кроме изюма (для вина ягодам попросту не хватает кислотности), а нормальные «винные» сорта могли расти только в предгорьях и купажировались со столовыми в меньших пропорциях. При этом здесь выпускались многочисленные сладкие вина, и в результате в начале 1990-х даже специалисты Тимирязевской академии могли рассказать многое о сорте «дамские пальчики» и почти ничего — о сира. В страну не допускался никакой «капиталистический» опыт. Например, российским энологам не хватало международно признанной техники дегустации, а эффективная интеграция почвоведения, ампелографии и климатологии отсутствовала (термины «зонирование» и «клоновая селекция» пришли в арсенал наших специалистов лишь недавно). Серьезные исследователи были признаны где угодно, кроме собственной родины: на труды виднейшего советского ампелографа профессора А.М. Негруля с 1950-х годов ссылаются ученые всего мира (Венгрии, Италии и т.д.), но отечественные виноделы не считали их руководством к действию.

Прощай, российское вино: эпизод первый

16 мая 1985 года вышли постановления ЦК КПСС («О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма») и Совета Министров СССР («О мерах по преодолению пьянства»), обернувшиеся, в первую очередь, массовой вырубкой виноградников.
По словам А.П. Титова, возглавлявшего в то время Главное управление винодельческой промышленности СССР (Главвино), идея постановления в первоначальном виде не предвещала виноделам ничего плохого. В секретном приложении к нему указывалось, что «с 1986 года необходимо сократить ежегодное производство водки и ликеро-водочных изделий на 30 млн. дал, низкосортных и крепленых вина — на 20 млн. дал, плодово-ягодных вин — на 45 млн. дал. А к 1988 году полностью прекратить выпуск плодово-ягодных вин». «Очевиден положительный момент, — рассказывает Александр Павлович, — мы должны были избавиться от низкокачественных, главным образом крепленых вин, увеличить количество сухих и марочных. Однако вышло совсем по-другому.
Урожай 1984 года был почти целиком отправлен на башкирский биохимкомбинат по бросовым ценам для переработки на кормовые дрожжи. 140 млн дал погубленного вина. По всей стране закрывались кафедры виноградарства, прокатилась волна самоубийств директоров винодельческих предприятий. Были и случаи, когда директора винодельческих совхозов на свой страх и риск не шли на предписанное полное уничтожение виноградников, а ректор Кубанского политехнического института отстоял кафедру виноделия, напомнив, что ее не решились закрыть даже фашисты в период оккупации Краснодара.

Антиалкогольная кампания, даже без учета потери выручки от продажи вина текущего урожая, нанесла государству убыток в 200 млрд рублей, что при официальном курсе доллара в 60 копеек равно более 330 млрд долларов. Кстати, постановление вовсе не касалось игристых вин, бренди и пива. Однако «перегибы на местах» обернулись гонением на виноградарство в целом: за два года план по сокращению производства был перевыполнен. Пивоварению досталось тоже: закупленное в том же году в Чехии оборудование для строительства 15 пивзаводов, как рассказал нам А.П. Титов, просто отправили на металлолом.

Эпизод второй

Продолжением обвального кризиса отрасли стали 1990-е годы. Полностью прекратилась поддержка виноградарей государством. Во всем мире государства и такие объединения как Евросоюз инвестируют в виноделие большие средства, в частности потому, что налоговая выгода от продаж вина очень высока. Она гораздо выше затрат на поддержание сектора, и так будет всегда, потому что вино и алкоголь вообще — продукт, от которого человечество не откажется никогда.
У нас же, в условиях общего обвала промышленности и сельского хозяйства виноградари имели мало шансов на успех. Не будем забывать, что их изрядно подкосила новая эпидемия филлоксеры и советские вырубки виноградников. Нужно было закладывать новые виноградники, а на это по сегодняшним ценам требуется 250–280 тыс. рублей на гектар (в зависимости от региона и по самым скромным подсчетам). Виноградник начинает плодоносить лишь на четвертый год после посадки саженцев, по российским же меркам срок его жизни составит не более тридцати. Те хозяйства, виноградники которых были заложены в конце 1970-х и сумели пережить филлоксеру и антиалкогольное безумие, все равно разорялись в начале 2000-х, поскольку тут уж их лозы умирали «естественной смертью»…
Когда мы вспоминаем о том, что собой представлял наш винный рынок в первые постперестроечные годы, сложно удержаться от улыбки. Кое-где на подмосковных дачах, куда стекались нефтедоллары, мариновали шашлыки в Петрюсе и жарили, поливая Шато Марго. В основном же, конечно, считали за счастье заполучить бутылку конфитюрного «итальянского спуманте» или аж калифорнийского «поля массона» — дешевейшего по сути вина, предназначенного не для питья, а для готовки (потому и бутылка такая с широким горлом). Много было еще историй о том, как попсовые низкопробные напитки выдавались нам за «настоящее бордо» или даже просто «французское». На уровне «хванчкары», «токайского», «медвежьей крови» и пр. царил невероятный разгул подделок. Из ближнего зарубежья и с русского юга шли потоком полусладкие вина непонятного состава и качества: при отсутствии элементарных знаний о вине они пользовались спросом (иные пользуются до сих пор). Куда до всего этого Ноздреву с его «бургиньон и шапмпаньон в одной бутылке», куда герою булгаковского фельетона, у которого «собственные виноградники на Воробьевых горах»!

Производство и потребление винодельческой продукции в России в 1965—2000 годах
Материалы предоставлены ГУ «ВНИИ пивоваренной, безалкогольной и винодельческой промышленности»

Вино на юге России делали и пили всегда. Дженсис Робинсон в The Oxford Companion of Wine даже ссылается на археологические исследования, согласно которым виноград возделывался в районе Дербента, крепости на юге Дагестана, основанной 5 000 лет назад. Когда говорят о начале виноделия в нашей стране, забывают о том, что оно существовало задолго до появления слова «Россия».

Статья из архива журнала за 2008г.

Лозы в аулах

Историки и археологи до сих спор спорят о том, откуда по миру разошлась культура vitis vinifera. Большинство склоняется к мнению, что именно с Кавказа, где до сих пор растет дикий vitis vinifera silvestris (от которого и произошла культурная форма vitis vinifera sativa), дающий осенью очень кислые, мелкие черные ягоды. То, что виноград совершил отсюда путешествие на юг, в Месопотамию и далее, в Финикию и Грецию, что следы виноделия есть в греческих колониях в Северном Причерноморье, известно давно. А то, что и местное население занималось виноделием, выяснено сравнительно недавно из древнеарабских источников и по результатам археологических исследований. Так, в IX веке виноделие было распространено у хазар, проживавших в низовьях Волги и Дона. Посуда и виноградарские инструменты, найденные в этих местах, имеют явно византийское происхождение, то есть имело место заимствование наработанной античной технологии. Ну а в Причерноморье культура вина идет еще от древних греков, основавших торговые города в удобных гаванях: Горгиппия (Анапа), Гермонасса (Тамань), Торик (Геленджик). Многочисленные остатки амфор и виноделен свидетельствуют о том, что терруары российского Причерноморья известны уже 2000 лет и виноделие в России возникло не на пустом месте.
Также известно, что по крайней мере до XV века большинство народов Северного Кавказа исповедовали христианство, а вино используется церковью в таинствах, поэтому виноградарство составляло часть культуры древних алан и черкесов, государства которых существовали в Предкавказье в Средние века. Еще в 1929 году специальной экспедицией в горные аулы были описаны шапсугские (адыгские) виноградники и винодельни. Они были почти уничтожены во время Кавказской войны и раньше, в результате перехода адыгов в ислам. Виноград культивировался в виде свободнорастущей лианы, его кусты жили сотни лет, оплетая садовые деревья… Винодельни были похожи на грузинские: емкости для хранения вина зарывали в землю, виноград давили ногами и сбраживали в глиняных емкостях.

­

Чапурка свежего чихиря

С приходом нового времени (как минимум с XV века) здесь закрепились нижнедонские, гребенские, терские, затем и кубанские казаки, для которых простейшее домашнее вино было и остается неизменным атрибутом трапезы. Казаки, предпринимая многочисленные походы на Турцию и Иран, привозили с собой черенки сортов оттуда. Так в неповторимом симбиозе с местным дикорастущим виноградом и возникли самобытные казачьи сорта, возделываемые, пусть и в малых количествах, поныне. Считается, что из французских походов казаки атамана Платова принесли на родину то ли мерло, то ли пти вердо, то ли таннат (в любом случае — некий французский сорт), который ассимилировался, эволюционировал, был скрещен с местными сортами и превратился в высокотанинный насыщенный красностоп.

Вино в то время было двух видов — легкое недобродившее, известное как «чихирь» (его пили большими чашами-чапурами во время больших пиршеств в перерывах между походами), и выдержанное в бочках или огромных глиняных горшках-макитрах «родительское». Вот как красиво отозвался о культуре потребления вина в те далекие годы терский атаман Михаил Караулов в начале XX века: «Чапурка «родительского» с первых лет существования и доныне скрашивает досуг гребенца и сопутствует ему во всех более или менее значительных случаях жизни: проводы и встречи, родины, крестины, свадьба и похороны, удача в делах…»
Родительское и чихирь в довольно больших объемах производились и потреблялись еще в начале XX века: в 1910 году в станицах Терской области было произведено 667 895 ведер (820 000 дал) вина,
половина из которого шла на продажу, в основном винокурам и нахлынувшим на Кавказ курортникам. А в 1918 году в Новочеркасске, в день Войскового праздника, атаман Петр Краснов устроил настоящий фестиваль казачьих вин: «Шипучего вина послала Цимлянская, янтарного цвета «выморозки» — Раздоры, «духовитый» мускат слал Кумшак… Каждая станица посылала дары, чем она была богата и славилась. Бесконечные ряды столов ломились под богатством вин, различных закусок и яств».

К государеву столу

В 1613 году в Астрахани были высажены первые «казенные» виноградники, а вскоре ко двору были отправлены и первые партии астраханского вина. Запись об этом и является первым документальным свидетельством о виноделии на территории России.

В 1651 году отправленный царем Алексеем Михайловичем на восточный Кавказ воевода пишет, что гребенцы «приготовляют в Терках» (крепость, существовавшая на Тереке в устье Сунжи) «виноградное питье», которое продают в Астрахани и «про себя держат». А уже в 1689 году кавказское вино добралось до Москвы — оттуда пришел заказ на «виноградные кисти и церковное вино для государева обихода». Вино было в основном красное из сорта, известного как терский алый (он и сегодня идет на производство бренди из Кизляра и Дербента). Само же бренди под названием «кизлярка» (впоследствии любимое питье царских гусаров) появилось в 1657 году по личной грамоте царя Алексея Михайловича.
Любителем вина оказался и Петр I — он все мечтал сделать Дон, подобно Рейну, «винной рекой», инициировал высадку германских и венгерских сортов в Донской области. В 1706 году, как свидетельствуют хроники, царь «собственноручно высадил на участке казака Персиянова пять кустов винограда».
К XIX веку российские вина широко продавались в Москве и Петербурге, однако качество их оставляло желать лучшего (недаром юный Пушкин подразумевал неумение «лафит с цимлянским различить» как нечто совершенно нелепое). Отсутствовало понятие о сортах винограда, о зонах их выращивания, да и вообще в России вино было мишенью всевозможнейших подделок.
Тем не менее, уже шла речь и об узнаваемых наименованиях. В прохладной станице Цимлянской на Дону с XVIII века производили знаменитое игристое из местных сортов, а также сладкое «выморозки» (подобие айсвайна, для которого виноград собирался в ноябре-декабре после первого снега), была широко известна кизлярка.

Появление героев

Несмотря на то, что Петр I, а потом и князь Потемкин объявляли виноградарство на юге России своеобразным «нацпроектом», виноделие и в XIX веке было еще кустарным. Виноградники (тогда они назывались «винные сады») страдали от филлоксеры и милдью, а не слишком умелый уход приводил к весьма скромной урожайности (около 3,5 гл/га).
Все эти проблемы требовали прихода людей с европейским винодельческим опытом, которые смогли бы систематизировать уже существовавшие наработки и двинуть российское виноградарство и виноделие вперед. Такими личностями оказались Лев Голицын и Федор (Франц) Гейдук.
О Гейдуке, одним из первых разбившим виноградники на Кубани, мы, к сожалению, знаем немного, хотя память о нем хранит все еще существующая в Новороссийске чешская община. Он прибыл в город с исторической родины в 1868 году, и тогда же начальник Черноморского округа Дмитрий Пиленко выделил ему 300 га для развития виноградарства (сегодня на этом месте разбиты виноградники Мысхако и Абрау-Дюрсо). В 1870 году Гейдук пишет Пиленко часто цитируемый с тех пор рапорт: «Северо-восточное побережье Черного моря представляет собой одну из лучших в мире областей для виноградарства <…> В руках предприимчивого населения и деятельной администрации на юго-западном побережье Кавказа откроется новая Калифорния для вина».
Гейдук не нашел должного понимания у властей, за исключением разве что Пиленко, но сделал для развития причерноморских виноградников очень много. В 1871 году он завез из Германии саженцы рислинга, пино нуар и португизера, высаженные во вновь созданном имении Абрау-Дюрсо. Часть саженцев привезли из крымской Ливадии: каберне совиньон (тогда известный как лафит) и семильон (его называли сотерн). Первые виноградники были заложены в 1874 году, через 4 года было получено первое вино Абрау, а уже через 10 лет на выставке в Ялте оно победило более известные крымские вина…

Лев Голицын

Крымский Лев

Лев Голицын стал первым серьезным российским виноделом. Живя во Франции, он заинтересовался виноделием, после чего купил в 1878 году имение в Крыму (знаменитый Новый Свет), а позже занялся созданием в России науки о виноградарстве, об определении терруаров, выборе сортов — тем, чем до него практически никто не занимался. Он создал в своем имении питомник, высадил в нем более 600 сортов винограда и тщательно наблюдал, как они поведут себя на крымской земле (одно время он был управляющим императорского имения Абрау-Дюрсо, начал выпускать игристое и там). Собственно говоря, идею терруара в России обосновал именно он, доказав, что искусство виноградарства тесно связано с климатическими и почвенными условиями, в зависимости от которых и должны изменяться его приемы. Князь заявил о своих винах резко и амбициозно, год за годом улучшая их качество и удивляя общественность. Его сухие, полусладкие и игристые выставлялись в 1882 в Москве, в 1885 — в Новом Орлеане, в 1889 — в Париже. А производимое и поныне игристое «Новый Свет» завоевало Гран-При на Всемирной выставке в Париже 1900 года.

Вино в массы

Князь Голицын в 1905 году из-за долгов прекратил розлив вина и через 11 лет умер. Так его вспоминает Гиляровский в «Москве и москвичах»: «…Держал на Тверской, на углу Чернышевского переулка, рядом с генерал-губернаторским домом магазинчик виноградных вин из своих великолепных крымских виноградников «Новый Свет» и продавал в розницу чистое, натуральное вино по двадцать пять копеек за бутылку».

В 1901 году в Новороссийске был учрежден первый профессиональный консорциум — Товарищество виноградарей и виноделов Черноморского побережья. В 1906 году оно открыло собственные магазины в Москве, в Екатеринодаре, Санкт-Петербурге, Ставрополе, Владивостоке, Омске… Под патронажем Товарищества стала выходить газета «Черноморский виноградарь», открывались виноградарские школы и училища.

Все надежды отечественных виноградарей должны были окончательно оправдаться после принятия государственного закона «О виноградном вине». Закон был принят в 1914 году, но так и остался на бумаге. Начавшаяся вскоре Мировая война, затем революция, гражданская война и разруха отбросили российское виноделие на десятки лет назад.

Данные Всемирной выставки 1900 года

Таким образом, на нынешнюю Россию (не считая Кавказа, в котором не было выделено Закавказье) приходилось как минимум 25 100 га виноградников и 210 800 гл вина, что соответствует 28 106 667 бутылкам стандартного объема 0,75 л в год

 «КоммерсантЪ» сегодня сообщает: «Свои сомнения в перспективах Единой государственной автоматизированной информационной системы (ЕГАИС) глава государства обнародовал на встрече с предпринимателями. Поводом к этому стало эмоциональное выступление совладельца виноторговой компании Simple Максима Каширина о целесообразности сохранения системы, которая сейчас работает лишь «формально»: учет импортного алкоголя и так осуществляется на таможне, а «в самой системе — подделки марок и коррупция».

«Президент Дмитрий Медведев полагает, что автоматизированную систему учета производства и оборота алкоголя (ЕГАИС) следует отменить», — пишут «Ведомости».

«Сейчас уже нет иллюзий, что эта система хорошо работает… Она почти ничего не дает, и это повод призадуматься», — также цитирует президента Interfax.

Отвечая на замечание Максима Каширина о системе бухучета, президент заявил: «Насчет упрощенной системы вы правы. Я попрошу наших коллег – руководителей министерств, посмотреть ситуацию, поскольку это странно. Или одно, или другое» («РИА Новости»).

«Российская Газета» также приводит диалог Максима Каширина и Дмитрия Медведева по поводу изменения налогового законодательства: «Вряд ли предпринимателей такой невнятный прогноз обрадовал всерьез. Как и сделанные накануне заявления помощника президента Аркадия Дворковича о том, что революций в налоговой сфере в кризис не будет.

- Это расстраивает, – заметил гендиректор компании «Симпл» Максим Каширин, занимающийся поставками в Россию элитного алкоголя.
- Меня тоже расстраивает, – согласился Дмитрий Медведев.

Но все же президент остался на государственной позиции, которая предполагает, что во время снижения налоговых поступлений в бюджет никто не может предсказать, куда качнется маятник, если какой-то налог изменить даже на один процент.

- Можно ли трогать налоговую систему в период кризиса… – хотел было порассуждать Медведев.
- Можно, – возразил ему Каширин.
- Любой бизнесмен скажет, что можно, – заметил президент. – А финансисты – нет, не делайте этого».

Другие публикации по теме:
Московский Комсомолец 
Итар-ТАСС