
Фото: Mauro D’agati
Donnafugata – не просто технологически продвинутое винодельческое хозяйство Сицилии. Оно выбивается из всех норм и мерок этого региона. Вместо клана здесь эффективный менеджмент. Вместо донов — донна. Она не только управляет, но и поёт – джаз и босса нову – Жозе Ралло.
Виноград здесь собирают ночью, а днём с помощью солнечных батарей вырабатывают электричество. На земле элимов, даже алфавит которых ещё не расшифрован, делают бьющее все рекорды на дегустациях Millе e Una Notte, а на островке, который ближе к Африке, чем к Сицилии, – одно из лучших в мире десертных вин Ben Ryé. У Donnafugata лучший из всех итальянских виноделов интернет-сайт и всё возрастающий поток туристов. Здесь всё немного сказочное, и не только вина, каждое из которых рассказывает свою легенду. Жозе Ралло, дочь основателей, джазовая певица и по совместительству куратор маркетинга, информационных технологий и заокеанских продаж поделилась с нами своими образами Donnafugata.
Мне кажется, я родилась с музыкой. Сколько я себя помню, я всегда пела. В школе я очень любила хор, с 6 лет мне уже давали сольные партии. А когда я стала постарше, взяла в руки гитару. У меня был свободолюбивый нрав, и уроки классического пения быстро надоедали мне, а гитара – никогда. Я обожала Джоан Баэз и Боба Дилана и заучивала их песни пачками. А потом, в пизанском университете, я снова оказалась в хоре. Это была школа пения и школа жизни. Слышать все 80 голосов, не переставая слышать себя, находить интонацию, так, чтобы она звучала самостоятельно и в то же время была частью целого. 4 года. Незабываемый опыт, один из самых важных в моей жизни.
А потом я встретила Винченцо, моего будущего мужа, музыканта, который страстно любил бразильскую музыку. Я работала тогда в Риме, а он на Сицилии. Мой фиданцато присылал мне в подарок кассеты с бразильской музыкой. Я заучивала их: 10-30-60 песен. Я была влюблена. Так я сформировала свой репертуар.
Когда я вернулась на Сицилию в 1990-м году, мы стали выступать вместе. У нашего друга был свой джаз-клуб, и он пригласил нас отыграть первый концерт. Это был удар для моего отца: дочь предпринимателя, наследница хозяйства – на подмостках, какой позор. Он и слышать ничего не хотел. Но мы объяснили, что это хобби, которое не будет отвлекать меня от главного занятия. И пригласили его на концерт. Отец пришел в окружении своих друзей – и стал нашим первым поклонником.
С первым концертом я поняла, что солировать 2 часа подряд в джаз-клубе не то же самое, что петь песни дома под гитару, – это большой стресс. И я стала брать уроки вокала. За два года я научилась вокальным техникам, которые позволяют мне теперь включать автопилот. Я знаю, что даже если я неважно себя чувствую, в плохом настроении или устала, я могу включить автопилот, и голос будет звучать.
С тех пор я больше не думаю о том, будет голос звучать или нет, я в нём уверена, и это даёт мне возможность расслабиться, привнести в пение краски, лёгкость, эмоции радости. Отпустить фантазию. Увлекаю за собой на Сицилию, когда пою по-сицилийски песни Пино Даниэле, или в Бразилию. У меня не виртуозный голос – он тёплый, экспрессивный, захватывающий. И это очень соответствует нашим винам, в которых радость, веселье, энергия жизни.
Наша музыка созвучна нашими винами. Это было настоящее открытие. И это было так естественно. Мы начали прочитывать виноградники и вина как образы, интонации, чувства, сказки, мифы. Вино больше, чем аромат, вкус, цвет – оно рассказывает историю, сообщает образ и трогает сердце. Точно так же музыка – это больше, чем ноты.

1983. Основание хозяйства Джакомо и Габриэлой Ралло. В его активе подвалы в Марсале, виноградники Контесса-Энтеллина, опыт нескольких поколений виноделов и образ расположенного по соседству Castello Donnafugata – поместья писателя Джузеппе Томази, князя ди Лампедуза.
1989. Приобретение виноградников на Пантеллерии. Первый винтаж пассито Ben Ryé.
1998. Первый ночной сбор винограда (шардоне) в Контесса-Энтеллина, ставший традиционным.
2001. Первое признание: по 5 гроздей (высшая оценка Итальянской Ассоциации Сомелье) получают Ben Ryé 1999 и Millе e Una Notte 1997.
2008. Новый подвал в Марсале: 1600 м2 на глубине 7 м, 90% барриков и 10% бочек (500 л) разных пород дерева.
2010. Вина Donnafugata получили высшие оценки от Veronelli, Maroni, Gambero Rosso, Duemilavini AIS.
Всё началось с Anthìlia. Моя мама Габриэла Ралло нашла художницу с потрясающим чувством красок сицилийской земли. Антилия – одно из имён исторической области Энтеллина. Антилия – загадочная женщина, которая смотрит сквозь века из времён элимов – древней цивилизации, возникшей в этих местах до греков и римлян, – её глаза закрыты, волосы развеваются по ветру. Отсюда и началась эта серия этикеток с женскими образами: убегающая, мистическая, загадочная. Сицилийские цвета – это, прежде всего, свет, который всё делает чистым, прозрачным, зыбким, особенно ранней весной и поздней осенью. А летом он, наоборот, становится ярким, ослепляющим. Цвета выжженной земли: пшенично-жёлтые, терракотовые, истаявший на солнце зелёный. Иногда акценты синего и голубого, чтобы напомнить о море. Иногда красное на чёрном, как в Sherazade, – цвета страсти.
Неро д’авола – автохтонный сорт Сицилии, самый распространённый и очень разнообразный. На холмах Контесса-Энтеллина (северо-запад), в Кальтаниссетте (центр), в Рагузе (юго-восток) или на Этне (северо-восток) – везде свой неро д’авола. Работа по выделению клонов только началась, поэтому пока нельзя сказать, какие где преобладают. Но даже из одного клона можно делать очень разные вина. Sherazade 2009 – это чистый неро д’авола, молодой, свежий, выраженно фруктовый (малина, ежевика). Вино для общения, для барбекю, пиццы, для летнего отдыха. Mille e Una Notte – серьёзное, выдержанное вино – со зрелых лоз (им 20–25 лет), которые дают всего 800 граммов с куста, плотность посадки почти 5000 на гектар. Всё направлено на получение насыщенного, концентрированного вина, раскрывающего свои достоинства со временем. Недавно мы открыли урожай 1999 года: вино было мощным, богатым, фруктовым и в то же время элегантным, сбалансированным и свежим. Для Сицилии, региона относительно молодого, если говорить о великих винах, это великолепный результат.
Я вам приведу два почти противоположных примера хозяйств, которые делают исключительные вина из неро д’авола. Первый – это виноградник Baglio del Cristo в Кампобелло-ди-Ликате, неподалёку от Агридженто – одно из самых интересных хозяйств, маленькое, всего 30 га. Почва там известняк и мел. Они делают потрясающее вино из неро д’аволы – Lu Patri. Думаю, это не только заслуга энолога Риккардо Котареллы. Второй пример – Viticoltori Associati Canicattì. Это 1000 га и 480 маленьких хозяйств, объединенных одной идеологией, технологией и терруаром. Каникатти тоже в провинции Агридженто, чуть подальше от моря. Этот кооператив год от года даёт всё более интересные результаты. Aynat из неро д’авола – их самое выдающееся вино.
Сицилия – очень разнообразный регион по характеру почв, по климату, здесь хорошо себя чувствуют многие сорта винограда. Сира выращивается с середины XVIII-го века, шардоне — с середины XIX-го. Это сорта, которые могут адаптироваться к самым разным условиям. Однако тот же каберне совиньон на Сицилии даёт совсем другой вкус, вовсе не тот, что в Бордо или Фриули. Земля побеждает — и особенно на Сицилии.
Международные сорта многому учат нас. Они несут в себе опыт многих поколений виноделов. И этот опыт мы переносим на свои сорта. Например, клоновая селекция неро д’авола. Во Франции, если ты пойдёшь в питомник, тебя попросят предоставить всю информацию о типе почвы, осадках, высоте, экспозиции и посоветуют соответствующий клон того же мерло или каберне, который даёт наилучший результат в подобных условиях. В Тоскане уже давно ведут клоновую селекцию санджовезе, а для неро д’авола такая работа только началась.

Если говорить о великих винах на Сицилии, то будущее всё-таки за блендами. Ассамблирование позволяет делать уникальные вина, авторские. Но сортовые никуда не уйдут. Среднему потребителю нужно что-то узнаваемое, надёжное. А для тех, кто глубоко интересуется культурой вина, кто хочет выбрать свой стиль в вине, будет важно другое: история конкретного хозяйства, его дух, его образ, творческие способности винодела.
Добрая часть наших вин – ассамбляжи. Мы постоянно экспериментируем: Anthìlia – это автохтонные катарратто и ансоника, Chiarandà – ансоника и шардоне, Tancredi – неро д’авола (70%) и каберне совиньон (30%), Angheli – мерло (60%) и неро д’авола (40%). Tancredi полюбился американцам: Дженсис Робинсон сравнивает его с винами Медока, а Wine Advocate и Wine Enthusiast последние года три дают ему 91-92 балла.
Один из интереснейших белых сортов Сицилии – катарратто. Polena – ассамбляж катарратто и вионье. Этот виноград даёт очень хорошую структуру и соответственно вина с большим потенциалом. Вионье придаёт легкомысленность, ароматичность. Но, конечно, самый наш любимый белый сорт – это дзибиббо, александрийский мускат, который мы выращиваем на Пантеллерии. Lighea, начиная с урожая 2009, – это чистый дзибиббо. Сухой мускат становится всё более востребован.
Polena по-итальянски – это скульптурная фигура из дерева на носу корабля, чаще всего фигура женщины. На корабль женщин не брали. «Женщина на борту – к несчастью», – говорили моряки и, наверное, небезосновательно. И всё же на носу галиона помещали фигуру женщины. Полена разбивает волны, встречает шторм, ведёт корабль, хранит его. Это одна из граней объёмного образа Donnafugata.
Да, я могу сказать, что мы не только смелые, но и амбициозные в хорошем смысле. Сицилия прилично отстаёт в экономическом развитии, и для нас важно не просто быть успешными, но и предложить успешную бизнес-модель другим хозяйствам, дать им пример.
Aldo Conterno Barolo Riserva Granbussia 1998
Это вино создается с трех лучших крю Дома Aldo Conterno в коммуне Буссия, но только в годы превосходных урожаев. К счастью, у нас пока есть в распоряжении вино 1998 года, которое, если верить Джеймсу Саклингу, как разв 2012 году можно начинать пить, хотя Антонио Галлони из команды Паркера считает, что его стоит держать в погребе минимум до 2015-го. Нам оно кажется вполне готовым: необычно густое и полнотелое, с бесконечно раскрывающимися слоями ароматов, с сотней оттенков (от нежных цветов до смолы).
WS — 93, RP — 92
Февраль 2012
Вышел февральский номер Simple Wine News
Тема номера
В мире вина бушуют страсти посильнее политических. Здесь тоже есть партии, коалиции и протестные организации, а по поводу того, стоит или не стоит выдерживать вино в барриках, могут разгораться нешуточные диспуты. SWN классифицировал все самые значимые винные регионы по политическому признаку.
Герой номера
Франко Контерно – рассказывает о том, как сделать одно из лучших бароло в мире, о небольших семейных разногласиях по поводу французских барриков, и о том, что луна – это самое важное.
Винодельня
Старинное хозяйство Симингтон и полный гид по местности, где делают самые интересные и знаменитые портвейны. Винтажные портвейны, виноградники вдоль Дору и уникальные склады в качестве туристической достопримечательности.
Еда
SWN не только покажет вам как правильно разделать молочного поросенка, но и как приготовить его под соусом шаркутьер.
Также в номере:
- Стивен Спурье – человек, которые изменил винную историю одним взмахом штопора,
- детективный рассказ «Вино кометы» – о том, что из знатоков вина выходят неплохие сыщики,
- Шато Марго – дегустация самых интересных винтажей.
Только в SWN – узнай, какие фишки тебе понадобятся для игровой дегустации.
Одно из самых моих любимых вин – сицилийское NOV`ARIA, потрясающее вино. Производителя, к сожелению, не знаю. В этой статье оно не прозвучало.
Сергей, NOV’ARIA не прозвучало здесь по двум причинам. Во-первых, материал посвящен конкретному хозяйству DONNAFUGATA, которое к этому вину не имеет, право, никакого отношения. Во-вторых, это вино не звучит вообще нигде, кроме как на полках некоторых московских, а также, возможно, немецких, шведских, китайских и т.д. супермаркетов. Производится оно хозяйством Terre di Salemi, основанным лет 10 назад и ориентированным на экспорт. Даже если вы владеете итальянским, найти информацию об этом хозяйстве Вам не удастся. В Сицилии вы не встретите вина Nov’aria, это чисто экспортная марка. И я бы не назвал его характерно сицилийским. Это такой вкусненький купаж санджиовезе, фраппато и неро д’авола (если говорить о красном).